Любящая семья

Ирина Сергеевна была очень серьезной и строгой женщиной. Ей было тридцать семь лет. Она очень рано вышла замуж и теперь имела двоих девятнадцатилетних детей Лешку и Маринку. Она была директором одной очень успешной брокерской конторы. Ее подчиненные очень сильно ее боялись, но, тем не менее, она пользовалась среди них всеобщим уважением. Она была очень властной и несколько жесткой женщиной. Она была уверенной в себе и всегда знала, чего хочет. Для нее не существовало авторитетов, за исключением разве что ее мужа Антона Викторовича, который был еще более строгим и жестким чем она сама. Он был старше ее на 18 лет, и она к нему питала большую любовь и уважение.

Этим зимним вечером, возвращаясь домой на своем Мерседесе, она думала о том, что что-то нужно менять, что так дальше продолжаться не может. Последнее время ее не покидала мысль, что их с мужем сексуальная жизнь зашла в тупик. Она была однообразной и скучной. Ирина Сергеевна уже давно не испытывала по настоящему сильного оргазма. Она ехала с мыслью о том, что в их постель нужно привнести что-то новое, добавить перчика, так сказать. Погрузившись с головой в эти мысли, она не заметила, как на дорогу выскочил один подросток. Она ударила по тормозам, но уже было слишком поздно — она его сбила. Выйдя с машины она направилась к нему с сердитым видом:

— Ты чего придурок, на дорогу выбежал, тебе, что жить надоело?

Когда она к нему подошла, то увидела на дороге одетого в лохмотья дрожащего, худенького парнишку. Его одежда была грязной, а он сам имел очень жалкий вид. Увидев его в таком состоянии, она немножко смягчила свой тон:

— Ей, ты как, живой?

— Да, но у меня кружиться голова.

— Давай садись в машину, я тебя отвезу в больницу.

— Нет, не надо в больницу, я не хочу. Со мной все в порядке. Езжайте дальше, я сам о себе позабочусь.

Смотря на него, к ней в голову закралась очень интересная мысль. Она тут же поняла, что это именно оно. Она улыбнулась и с очень мягким и ласковым голосом обратилась к нему:

— Как тебя зовут, мой хороший?

— Женя.

— Женечка, миленький, если ты не хочешь в больницу, тогда давай поедем ко мне домой. Я тебя накормлю, и ты сможешь там согреться и переночевать. А если тебе станет плохо мы все же вызовем скорую. И учти, что никакие возражения не принимаются.

Женя уже три дня как почти ничего не ел, он не мог отказаться от такого предложения, тем более что ему уже порядком надоело ночевать на улице, а при таком собачьем морозе тем более.

— Хорошо, я вам буду очень благодарен.

По дороге домой она пыталась узнать о нем как можно больше:

— Сколько тебе лет?

— Где-то шестнадцать, но я точно не знаю когда родился, родители меня оставили, когда я был совсем маленьким.

— Женечка, а где ты живешь?

— То тут, то там, у меня нет дома.

— Интернатский?

— Да, вырос я там, но уже три года как оттуда сбежал. Мне там было очень плохо, я не за что не хочу туда возвращаться.

— Я тебя понимаю. Ну ничего не переживай, все будет хорошо.

Также в машине Женя впился в нее своим взглядом — таких женщин он еще не встречал. Она была среднего роста, очень стройной, со спортивной фигурой. Она была очень красивой, со строгими чертами лица, с волосами до плеч, красиво уложенными и выглядела намного моложе своего возраста, поскольку хорошо следила за собой. В ней удивительным образом сочетались строгость и красота, что делало ее невероятно обворожительной и сексуальной. Одета она была в строгий черный деловой костюм с жакетом и юбкой до колен. Всю эту картину дополнял очень изысканный запах духов, и красивые украшения. Женя смотрел на нее, как на богиню, которая снизошла с Олимпа на грешную землю, и чувствовал себя рядом с ней, как бы, не в своей тарелке, ведь женщины подобного ранга никогда с ним даже не общались, не говоря уже о готовности привести его к себе домой.

Ирина Сергеевна жила в большом четырехэтажном доме с большим садом и бассейном. Сколько было в этом доме комнат, не знала даже она сама, поскольку некоторые из них вообще никак не использовались. Когда они вошли внутрь, то у Жени чуть челюсть не отвалилась. Такой роскоши он еще никогда не видел. Внутри все сияло. Дом был убран со вкусом, в старинном стиле. Особенно Жене понравился большой камин в гостиной, в котором горели дрова. Все напоминало о семейном уюте. Женя даже пустил слезу при виде камина, поскольку именно таким он видел дом своей мечты.

Их встретили дети Ирины Сергеевны. Мужа не было дома, поскольку он уехал в командировку на несколько дней:

— Мамулька мы очень рады, что ты уже вернулась. А кто это с тобой?

— Дети познакомьтесь — это Женя. Он младше вас на три года. Он поживет некоторое время у нас.

Произнося последнее предложение, Ирина Сергеевна с легкой улыбкой и несколько хитрым взглядом посмотрела на Женю. Тот улыбнулся ей в ответ:

— Женя — это мои дети Лешка и Маринка. Я думаю, вы подружитесь.

Они еще немного пообщались, и ее дети отправились заниматься каждый своим делом. А Ирина Сергеевна осталась наедине с Женей:

— Так милый, в первую очередь тебя нужно хорошенько вымыть, заодно и согреешься в горячей воде, а после ванны я тебя хорошо накормлю, и ты отправишься спать.

Женя с трудом верил в происходящее, ему казалось, что он попал в сказку, на его лице читалось счастье.

Они сняли верхнюю одежду, обули домашние тапочки и по винтовой деревянной лестнице отправились на второй этаж. Такой ванны Женя еще никогда не видел. Это была огромнейшая комната, в центре которой находилась сама ванна, в виде круглого отверстия в полу. В комнате было очень много света и очень приятно пахло. Ирина Сергеевна закрыла дверь на ключ и включила горячую воду:

— Раздевайся мой хороший, сейчас мы тебя хорошо вымоем.

— Прямо при вас, а вы меня не оставите одного?

— Нет ну что ты. Ты что меня стесняешься? Не нужно стесняться. Сам ты так хорошо не отмоешься, а я тебе в этом помогу.

— Но вы же женщина, мне стыдно при вас раздеваться.

— Никаких возражений. — Она посмотрела на него суровым взглядом. — Немедленно снимай одежду.

От ее взгляда у него пошли мурашки по коже. С этой женщиной действительно было сложно спорить. Ее слову хотелось подчиняться. Женя, краснея от стыда, начал постепенно снимать свое тряпье. Когда он снял трусы, то стыдливо опустил глаза в пол и закрыл свое хозяйство руками:

— Руки в стороны, — скомандовала Ирина Сергеевна.

Он забрал свои руки от своего паха и Ирина Сергеевна увидела маленький сморщенный членик, не густые кудри и маленькие яички, которые от холода прижались к телу. Женя покраснел еще сильнее, ему было очень стыдно. Женя чувствовал себя очень сковано и неуверенно. Ирина Сергеевна в свою очередь так и осталась в своем деловом костюме. Она взяла его за руку и повела в сторону ванны. Когда Женя в нее залез, он просто растаял от приятных ощущений. Он уже очень давно не принимал ванную, а здесь было так красиво, так тепло, так приятно пахло. Он уже не стеснялся Ирины Сергеевны, а только получал наслаждение от горячей воды. Сначала она намылила его голову, очень приятным на запах шампунем. Она делала это очень долго и нежно. Ему было так приятно ее руки трущиеся о его голову. Постепенно он заметил, что ее тоненькие нежные пальчики, массирующие его голову, начинают его возбуждать. Его член увеличивался в размерах, но Ирина Сергеевна этого не видела, поскольку вся ванна была покрыта пеной. Когда она закончила мыть ему голову то попросила того подняться. Женя испугался, он не знал, как она отреагирует, если увидит его возбужденный член. Беспокоился, не подумает ли она о нем плохо. Ему снова стало стыдно, но деваться было некуда, нужно было подниматься:

— Ооо… , ничего себе, от чего это ты так возбудился?
— Ваши прикосновения настолько нежны, что я непроизвольно возбудился.

— Непроизвольно говоришь? А может ты просто маленький извращенец и возбудился от того, что представлял меня голой?

— Нет, что вы. Простите, пожалуйста, я даже думать не думал. Это случилось само по себе, я не хотел.

— Ах, ты не хотел! Я взрослая, замужняя женщина, я тебя привела в свой дом, чтобы тебе помочь, а ты так меня благодаришь, небось мысленно трахаешь меня да?

Она смотрела на него суровым взглядом и говорила с ним очень серьезным тоном, делая паузы между словами, придавая своей речи, еще большую выразительность.

— Нет, простите, мне очень стыдно, я не знаю, из-за чего так произошло, пожалуйста, не злитесь на меня.

— Хорошо, я тебя прощу, но перед сном ты будешь наказан.

Она взяла мочалку в руку и начала тереть его тело, смывая с него всю грязь. Она терла жестко, из-за чего вся его кожа очень быстро покраснела. Но когда она дошла до его члена, то отложила мочалку в сторону и начала его мыть своей рукой:

— Эта часть тела мужчины очень нежная, к ней нельзя применять жесткую мочалку.

Нужно отметить, что Женя имел небольшой член, где-то сантиметров восемнадцать И сам этот факт также его очень сильно смущал, не хотелось ударить в грязь лицом перед столь шикарной женщиной. Но к его счастью, она совсем не отреагировала на его размер, словно ее это не интересовало. На самом же деле, она это очень даже хорошо заметила, и даже несколько разочаровалась, но потом она посмотрела на его симпатичное личико, нежное, хрупкое, но в то же время красивое тельце и подумал, что это все-таки не критический недостаток.

Одной рукой она мыла его член, а другой нежно мяла его яички. Она оголила головку и намылила ее. Его головка была очень нежной и от мыла она начала болеть:

— Аууу..

— Что, тебе больно?

— Да, меня болит там, — он смущенно показал на головку.

— Хорошо, раз твоя головка столь чувствительна, мылить больше мы не будем. Но она должна быть абсолютно чистой. Я знаю один очень хороший способ ее вымыть, не причиняя тебе боли.

— Какой же?

— Сейчас я тебе покажу. Но учти, я это сделаю исключительно в целях гигиены, поэтому попрошу думать об этом именно в этом ключе, а не фантазировать там о всяких пошлостях, ты меня понял?

— Да, понял.

Женя затаил дыхание и ждал, что же все-таки произойдет дальше. Ирина Сергеевна смыла с его члена и яичек пену, нежно обхватила писюн рукой и нагнула к нему свою голову. Сначала она провела языком по яичкам, которые уже низко повисли от тепла, потом провела им по стволу, и дошла до головки. Потом она широко открыла рот и обхватила член туда член. Когда она начала совершать круговые движения языком вокруг головки у него перехватило дыхание. Впервые в жизни ему делали миньет. Он еще никогда с девчонкой даже не целовался, а здесь ему сосет столь шикарная женщина. Он был на седьмом небе от счастья. Его член напрягся так сильно, что казалось он вот-вот взорвется. Она сомкнула губы колечком и начала нежно посасывать его сосульку. Потом полностью заглотив его член, начала языком перебирать его шарики. Про себя она отметила, что есть и хорошие стороны в небольшом размере члена, ведь тогда можно одновременно держать во рту и член и яички. Она любила делать миньет и поэтому теперь предавалась этому занятию с полным забвением и самоотдачею.

Неожиданно она прервалась, отпустила его конфетку, и выпрямившись с серьезным видом, грозя пальцем, посмотрела ему в глаза:

— Я сейчас всего-навсего чищу твой член от грязи, поскольку твоя головка очень чувствительна, мои нежные губы и язык, наилучшим образом справятся с этой задачей. Поэтому не воспринимай это как миньет, и конечно же не смей кончать, иначе ты будешь очень сурово наказан за это.

— Да конечно, что вы? Я даже не собирался.

— Вот и хорошо.

Она снова нагнулась и с жадность проглотила его член. Ее губы, начали танцевать на его члене, она, то целовала его, то посасывала, то лизала, не забывая при этом сосать и лизать его яйца. Одной рукой она сжимала его попку, а второй, намылив палец, начала тереть его анус:

— Я вспомнила еще об одном месте, которое нужно хорошенько вымыть.

Она нежно надавила на шоколадное колечко, и постепенно начала продвигать туда свой пальчик, массируя простату. Для Жени это были совсем новые, доселе неизвестные ему ощущения. Сначала ему не совсем нравилось, что она играет своим пальчиком с его попкой, но возражать он ей не хотел. Вскоре он заметил, что это даже доставляет ему немалое удовольствие. Женя еле сдерживался, он очень сильно боялся кончить, и поэтому старался думать о самых мерзких и отвратительных женщинах, которых ему приходилось встречать, дабы снизить возбуждения. Но Ирина Сергеевна была такой мастерицей, что у Жени не было ни единого шанса, очень быстро он начал кончать. Он кончал долго и обильно. Ирина Сергеевна даже не думала вынимать член изо рта, она сосала и сосала, пока не высосала с него всю сперму. Когда член уже обмяк, она еще немного подержала его во рту, обсасывая, и только потом рассталась с столь приятной игрушкой:

— Ну что, негодник. Я к тебе со всей душей, помочь тебе хотела, а ты меня вот так благодаришь? Заливая мне весь рот спермой.

Она это говорила настолько уверенно и серьезно, будто это не она только что, с блаженным выражением лица, высасывала из него все до последней капли. Но ей очень нравилось играть с ним. Он также не был дураком, но ее уверенность ему мешал увидеть очевидное.

— Простите меня еще раз, пожалуйста, я вас подвел, это больше не повторится, о чем я только думал. Это произошло само собой.

— Хорошо я тебя прощаю, но ты все равно будешь наказан, причем дважды.

Она его обтерла полотенцем и принесла ему пижаму своего сына, которая была очень нежной и приятной на ощупь. Кроме пижамы на нем не было никакой одежды. После того как они поужинали и попили горячего чаю, они поднялись в спальню:

— Сегодня ты будешь спать рядом со мной.

Женя был на седьмом небе от счастья. Он часто мечтал ложиться в обнимку со своей мамой, которая бы целовала его на ночь в лоб. В Ирине Сергеевне можно сказать он видел маму, поскольку это была первая женщина в его жизни, которая заботилась о нем таким образом.

— Но прежде чем мы ляжем спать, ты понесешь свое первое наказание.

— Да мамочка.

Эти его слова вырвались как-то произвольно, он не ожидал от себя такого:

— Аа… , простите, Ирина Сергеевна.

— Ничего страшного мой милый. Можешь меня называть мамой, если хочешь.

После того как они поели Ирина Сергеевна оставила его в кровати спальни, а сама пошла переодеться. Когда она вернулась, на ней была только ночная серебреная рубашка, в которой она выглядела очень сексуально. Эта рубашка даже не прикрывала всей попки, и была лишь на какие-то миллиметры ниже ее гладко выбритой киски. Ни трусиков, ни лифчика на ней не было. От такого ее вида Женя упал в ступор:

— Что же, мой хороший, пришло время понести наказание.

Подойдя к Жене, она приспустила с него штаны, оголив его белоснежную попку. Потом она села на кровать, подперев спину подушкой, и приказала тому лечь поперек на кровать, животом на ее ноги. Она сначала начала гладить его гладкую как колено, попку, а потом неожиданно сильно шлепнула по ней ладонью, вызывая резкий Женин крик. Она била его, то по одной булочке то по второй, задерживая, на немножко, при каждом ударе, руку на его ягодице. Била она очень жестко и хлестко, чтобы доставить ему максимальную боль. После нескольких минут такого наказания, Женина попка уже вся побагровела. Вскоре по его щеке покатилась одинокая слеза. Еще через некоторое время его попка пылала красным огнем. С каждым ее ударом, ему было все больнее и больнее. Он себя еле сдерживал, дабы не расплакаться. Он не хотел, показать себя плаксой и маленьким ребенком. Но ему было очень обидно. Самая приятная женщина в мире сейчас хлестала его по голой заднице. Стыд и обида заполнили его и он, не выдержав, заплакал. Он просто взорвался слезами и начал рюмсать, как обиженная маленькая девчонка. Ирина Сергеевна, даже было подумала, что перестаралась, но она заметила, что испытывает при этом неописуемое возбуждение. Она отодвинула бретельки ночнушки с плеч, и шелковая ночнушка скользнула вниз, оголяя ее упругую, белоснежную грудь третьего размера с длинными розовыми сосками, торчащими в разные стороны:
— Ну, ну, ну, мой мальчик. Не плачь. Мамочка тебя любит. На, возьми, пососи мою грудь малыш и успокойся.

Женя немножко приподнялся и согнул ноги в коленях, становясь раком. Он приподнял голову, и жадно впился ртом в сосок правой груди, продолжая при этом рюмсать. Правой рукой он опирался на кровать, а левой держался за ее левую грудь, с силой сживая ее. Он сосал ее грудь как соску. Он делал это так самозабвенно, что даже забыл о боле. Она просунула левую руку у него между ног и дотянулась до уже стоящего члена. Она погладила его член, погладила его яички, погладила его попку и снова вернулась к его члену, легонько его теребя.

— Тебе нравиться то, что я делаю?

— Да, очень.

— Я тут подумала, возможно, я была слишком строга с тобой. Прости меня за это. Я хочу искупить свою вину, поэтому я сейчас сделаю тебе приятно.

Правой рукой она обняла его голову. Погладила его по голове, провела ладонью по щеке, и немножко надавила, вдавливая его голову себе в грудь. Женя понял намек и начал еще боле жадно сосать ее персы. Он сосал то левую то правую грудь, покусывал соски, сжимал ее груди своими ручонками. Через несколько минут, когда Ирина Сергеевна почувствовала, что Женя готов кончить она приказала ему встать и стать напротив нее. Он стоял над ней, расставив свои ноги. Она нежно, как только могла, взяла его попку в свои руки и придвинула его к своей голове. Высунула на всю длину язык и заглотила член вместе с яичками себе в рот, облизывая их. Он был настолько возбужден, что уже не мог себя контролировать. Он схватил ее обеими руками за волосы и начал с большой скоростью двигать бедрами. Ирина Сергеевна любила сосать член, но не могла терпеть, когда ее пытались сношать в рот. Поэтому, она с силой сдавила его булочки, вызвав при этом приступ сильной боли, вдавливая его пах себе в лицо, не давая ему возможности двигаться. Одновременно, она сладко сосала его член, даря ему безумное наслаждение. От такого сочетания боли и сладости, он начал бурно кончать, заливая ее рот белым нектаром.

— Мне очень понравилось, как ты сосал мои груди. У тебя определенно талант по этому делу. Сейчас мы проверим, как ты сосешь кое-что другое.

Ирина Сергеевна широко раздвинула свои ножки и согнула их в коленях.

Поскольку трусиков на ней не было, то Жениному взору открылась прелестная, гладковыбритая киска. Ирина Сергеевна уже была достаточно возбуждена, поэтому ее губки были приоткрыты, а из них стыдливо выглядывали нежные розовые лепестки. Клитор вызывающе уставился на Женю. Женя понимал, что сейчас ему нужно что-то сделать, но нерешительность сковывала его. Он не мог поверить в то, что эта женщина хочет переспать с ним. Но ее раскрытая пещерка говорила сама за себя.

— Чего же ты ждешь? Долго ли я буду тебя ждать?

— Вы хотите со мной переспать?

— Не совсем.

— Тогда что?

— Женька ну ты и тупишь. Посмотри какая красотка, какая красивая девочка смотрин на тебя. А что нужно делать с красивыми девочками?

— Любить, целовать.

— Вот люби и целуй.

Женя бы с радостью согласился если бы она предложила переспать, но целовать ее там, ему как-то не хотелось. У него и опыта не было. Но и огорчать ее он тоже не хотел, ведь от нее зависело, останется ли он в этом доме или нет:

— Я не умею этого делать. Я еще не с кем не был.

— Не переживай, я тебя научу. А ты слушай меня внимательно и исполняй все, что я тебе скажу. Договорились?

— Да, хорошо.

— Во-первых, стань на колени между моих ног и обнюхай мою киску.

Женя расположился между ее ног, и приблизив свою голову к ее вагине, начал ее нюхать. Ему в ноздри ударил аромат женщины, столь манящий и возбуждающий:

— Теперь поцелуй ее.

Женя приблизил свои губы к ее промежности и начал покрывать ее поцелуями. Делал он это очень робко, боясь совершить лишнее движение. Он покрывал поцелуями всю ее промежность снизу доверху. Целовал и клитор, и нежные губки и бархатную кожу возле ног. Она при этом расслабилась, закинула голову назад и уставилась в потолок, ловя каждое прикосновение ее губ к своему телу.

— Не плохо, молодец. Теперь высунь свой язык и полижи меня.

Женя высунул язык и неуверенно лизнул ее клитор, проверяя его на вкус. Вкус оказался довольно интересным, немножко кисловатым, но тем не менее, не неприятным. Сходив в разведку, он приступил к более решительным действиям. Он провел языком по ее нежным лепесткам, вызвав при этом нежный ее стон:

— Продолжай, смелее малыш, не бойся, ты все делаешь правильно.

Ее слова его подбодрили, и он начал все увереннее и увереннее водить языком по ее розе. Вскоре роза напухла и увлажнилась:

— А теперь просунь свой язык в мое лоно.

Женя скользнул своим языком в ее норку и начал ее лизать. Она же еще шире расставила ноги и закурила. Весь этот процесс ее дико заводил. Она курила и одновременно сладко постанывала, под воздействием его языка. Она была очень довольна своим решением, привести его к себе домой.

— Видишь вот этот бугорок, — она указала на клитор, — я хочу, чтобы ты его пососал, так же как только что сосал мои соски, как младенец.

Женя обхватил клитор губами и начал страстно его сосать, доставляя его хозяйке неописуемое наслаждение. Она повернула свою голову к нему и наблюдала за тем, как его губы терзают ее плоть. Она слегка улыбалась и чем дальше, тем громче стонала. Правой рукой она держала сигарету, а левой гладила Женю по голове, одобряя его действия. Вскоре она потушила сигарету, и непроизвольно, от приближающегося оргазма, сильно стиснула Женину голову своими бедрами, опустив две руки себе на колени. Застыв со сладострастной гримасой на лице, ее лоно начало извержение, заливая Женино лицо своими соками. Она кончала долго, и при этом громко стонала.

— О, да, да, миленький мой, как мне хорошо. Продолжай не останавливайся.

— О, да, ааааа, ааа, аааа… , даааааа…

— Молодец малыш. Ты здорово отлизываешь. Мне очень понравилось. Все теперь пора спать. Спокойной ночи солнышко.

Она поцеловала его в лоб, крепко его обняла, и они оба заснули.

Следующим утром Ирина Сергеевна проснулась в отличном расположении духа. Она решила сделать себе выходной и вдоволь наиграться своей новой игрушкой, но перед этим, нужно было подготовиться. Она села в машину и поехала в ближайший сексшоп. Когда она вернулась, детей уже не было, они уехали в университет. Женя еще спал. Ирина Сергеевна решила разбудить его поцелуем в губы. Он открыл глаза и улыбнулся:

— Доброе утро мамочка.

— Доброе утро мой хороший. Как тебе спалось?

— Хорошо. Я уже очень давно так хорошо не спал, я очень счастлив.

— Я за тебя очень рада Женечка. Мы сейчас пойдем поедим, а после завтрака тебя ждет твое второе наказание.

— Как скажешь мамуля.

Жене здесь действительно нравилось. Впервые за долгие годы, он себя почувствовал нормальным человеком. Единственно чего он очень не хотел, так это снова быть отпоротым, ведь его попку до сих пор саднило.

После завтрака они вернулись назад в спальню. Ирина Сергеевна подошла к нему и полностью его раздела:
— У меня для тебя сюрприз. Давай полезай на кровать и становись на четвереньки при этом закрой глаза.

Женя подумал, что его снова будут пороть. Она достала из своей сумочке член на ремне и нацепила себе на пояс. Одежду она при этом не сняла. Отойдя немного от кровати, она оценила картину. На нее смотрела все еще красная выпяченная попка. Она чувствовала его беззащитность. Наверное, в ней проснулся врожденный инстинкт хищника. Этот мальчик был столь наивным, столь безобидным, столь послушным и доверчивым. Он так нуждался в любви, тепле и заботе. Его беззащитность и слабость настолько сильно ее возбуждали, что она желала его отиметь. Нужно сказать, что этого она желала и раньше, еще в отношениях с ее мужем, но ее муж был категорически против. Поэтому это ее желание так и оставалось долгие годы несбыточным. Она смотрела на это невинное тельце у себя на кровати и пыталась как можно дольше продлить минуты предвкушения. Она взяла крем и обильно смазала свой фаллос, который был просто огромным. Она даже себе не представляла, сможет ли он войти в его узенькую попку. Она подошла к нему, завела ему руки за спину и надела на них наручники, которые также взяла в сексшопе. Теперь он упирался головой о кровать. Она смазала себе один палец кремом и начала массировать его колечко:

— Что ты хочешь сделать мамочка. Мне будет очень больно?

— Не волнуйся мой хороший, все будет хорошо. Возможно, тебе даже понравиться.

Разомяв дырочку пальцем, она стала на кровать на колени и придвинула фаллос к его попке. Направила фаллос к колечку и надавила. Женя сжался от страха:

— Расслабься мой миленький. Я тебе обещаю, больно не будет.

Женя немного расслабился, и она еще раз надавила, уже сильнее. Член вошел где-то на полсантиметра. Она обхватила обеими руками его бедра и надавила еще сильнее. Женя такой боли не ожидал:

— Ай, мне больно, очень больно, пожалуйста, не надо больше, я буду себя хорошо вести. Мама не наказывай меня так, я умоляю тебя. Не нужно, пожалуйста, прости меня, я буду хорошим мальчиком.

— Все, все, тихонько, тихонько, успокойся. Я больше не двигаюсь. Сейчас ты немного привыкнешь, и так больно не будет.

Посидев так, какое-то время не двигаясь, Ирина Сергеевна продолжила. Она понемножку, миллиметр за миллиметр продвигалась все дальше и дальше, делая перерывы для передышки, и чтобы Женя немного привык. Вскоре она увидела, что почти половина ее двадцатисантиметрового члена находится в нем.

Ирина Сергеевна была просто в восторге. Она не верила своим глазам. Такой толстый и большой член, все-таки, зашел в него. Она просто пылала от возбуждения. Она взяла одной рукой его за волосы и потянула на себя, а другой крепко держала его за бедро и начала все с большей и большей скоростью насаживать его на свой член. Вскоре он заходил уже почти на всю длину. Жене было очень больно, он тихонько постанывал в такт ее движениям, и немножко плакал. Но также он заметил, что при всем при этом испытывает и приятные ощущения. Его возбуждения росло с каждым толчком, и член уже стоял колом. Она так разгорячилась, что схватила его за плечи и начала очень быстро и с силой загонять в него член. Она сняла с себя всю одежду выше пояса, освобождая на волю, аппетитные белесые грудки с красивыми розовыми ореолами и осталась в черных джинсовых штанах с нацепленным членом. Она его драла и драла жестко. Она утратила чувство контроля над собой, и предалась своим инстинктам. Она трахала его, и сильно хлестала обеими руками по бедрам. Его задница горела. При каждом толчке, член входил на всю длину, и она ударялась своим лобком о его попку, что доставляло ему еще большую боль. При каждом ее толчке ее груди подпрыгивали и опускались, танцуя в воздухе. Она обслюнявила себе руки и начала ласкать свои груди. Сильно сжимала и мяла их и теребила соски. Вскоре она сильно устала, она была вся мокрая от пота. Она легла ему на спину и начала лизать и покусывать его ухо, потом целовала его щеку и добравшись до его губ начала жадно целовать его в засос. Правую руку она пропустила ему между ног и начала яростно дрочить его член, а левой играла с его яичками. Он ощущал, как ее груди пляшут по его спине. Ощущал твердые соски, которые скользили по его коже вперед назад в такт ее движениям бедрами. Вскоре он начал бурно и дико кончать, заливая спермой простыни спальни. Ирина Сергеевна больше не могла сдерживаться. Она загнала член до упора и быстро сняла с себя пояс, оставляя член внутри Жени. Дрожащими от возбуждения руками расстегнула молнию на джинсах, и торопясь стянула их с себя. Черные кружевные трусики слетели с нее так же быстро. Она перевернула Женю на спину, так и не сняв с него наручники и раздвинув ноги села своей киской ему на лицо:

— Быстро высунь язык и скрути его трубочкой. И не смей его убирать.

Она села лицом к его голове и начала бешено скакать, погружая его язык себе во влагалище. При этом она ласкала себе груди, теребя и оттягивая в разные стороны соски. Она очень сладко стонала, и покусывала от возбуждения себе губы. Потом она взяла обеими руками его голову за волосы и начала елозить своей промежностью ему по лицу, трясь своей киской то о его подбородок, то о его нос, то о его лоб. Все его лицо блестело от ее выделений. Ему было очень дискомфортно, поскольку в попке все еще находился фаллос, а руки находились за спиной в наручниках. А когда Ирина Сергеевна села своей попкой ему на рот, а киской уперлась ему в нос, то он даже дышать нормально не мог. Он жадно хватал воздух при любой возможности, которая только появлялась. Он лизал ее анус, пытаясь погрузить в него свой язык, а его нос служил членом, удовлетворяя страсть наездницы. Потом она откинулась назад, уперлась руками о его ноги и откинула голову назад. Он ощутил, как ее волосы касаются его члена. Она начала быстро двигать бедрами как бы пытаясь сношать его рот своей киской:

— Соси ее, сильнее, соси ее, давай, ну же мой мальчик. Высоси из нее все соки. Да, да молодец, хороший мальчик, еще, еще, ааа, аааа, дааааа.

Ее сиськи очень сексуально покачивались при движениях ее бедер. Он впился губами и языком в ее киску и начал ее сосать. Он сосал ее очень жадно, страстно и самозабвенно. Она была уже близка к оргазму. Но их идиллию нарушил приход ее мужа:

— Не понял, что здесь происходит?

Ирина Сергеевна обернула голову на голос и увидела у дверях, ее рассерженного мужа. Испуг подействовал катализатором, и она взорвалась сильнейшим оргазмом. Она начала трястись всем телом, не контролируя себя. Очень громко стонала и елозила своей киской по всему лицу Жени. Когда ее отпустило, она спрыгнула с кровати и побежала к своему мужу:

— Милый спокойно. Не горячись. Я тебе сейчас все объясню. Это не то, что ты думаешь.

— Да как же, не то. Еще как то. Стоило мне вернуться на день раньше из командировки, что бы сделать тебе сюрприз, как я сразу же застаю тебя с любовником, которого и любовником назвать сложно, он же еще совсем мальчишка.

— Он здесь не только для меня. Он для нас. Это бездомным мальчик. Я его подобрала на улице и привезла в дом. Понимаешь, мы ведем очень скучную сексуальную жизнь. Этот мальчик поможет нам ее разнообразить. Он будет помогать нам обоим.

— Ничего себе придумала оправдание. Лучшей версии выдумать не могла?

— Я тебе говорю правду. Ты можешь им пользоваться также как и я.

— Ну, я даже не знаю.

— Ну, подумай. Что в этом плохого. Для тебя это будет совершенно новый опыт. Он очень сильно разнообразит нашу сексуальную жизнь. Ты себе даже не представляешь, на что он способен. Дай ему пососать своей член, вот увидишь тебе понравиться.

— А ты его спрашивала, согласен ли он на это?

— Нет, я не согласен, — вмешался Женя, — мне очень нравиться ваша жена, она была очень добра ко мне и поэтому, я разрешал ей делать со мной всякие вещи… Но я не гей, и с мужчиной спать не буду, в этом я вас уверяю.
Несмотря на свою тяжелую жизнь у Жени были свои принципы. Одно дело страпон, все равно это с женщиной, и совсем другое настоящий мужской член.

— Женечка милый. Тебе же здесь нравиться. Ты только посмотри, что ты получишь взамен. У тебя будет крыша над головой, ты забудешь о голоде и холоде. Мы даже согласны платить за твое образование. У тебя появиться какая-то перспектива. А взамен ты только иногда будешь исполнять наши сексуальные желания. Давай, не глупи, соглашайся.

Жене очень не хотелось этого делать, но он даже не мог помыслить уйти из этого дома. На улице жить он больше не хотел:

— Нуу, хорошо, я могу взять у него в рот. Но ебать себя ему не дам.

— Отлично, тогда приступай.

Ирина Сергеевна подошла к своему мужу и поцеловала его в засос:

— Вот увидишь тебе понравиться.

Она, довольно улыбаясь, подошла к Жене и помогла тому встать. Фаллос так и остался торчать у него из попки. Она помогла стать Жене на колени перед своим мужем, расстегнула пуговицу на его джинсах, но расстегнуть ширинку муж ей не дал:

— Нет, не надо, я хочу, чтобы он сам.

— Но у него руки в наручниках за спиной.

— Сам вижу. Пусть ртом расстегивает и добирается до моего члена.

Женя в жизни не испытывал такого унижения. Ему действительно очень хотелось остаться жить у них, он даже пере — Ну, ну, ну, мой мальчик. Не плачь. Мамочка тебя любит. На, возьми, пососи мою грудь малыш и успокойся. ступил через себя, согласившись отсосать чужому мужчине. Он знал, что дороги назад не будет, но желание остаться все-таки было сильнее. Но он не предполагал/p, что ему придется терпеть подобные унижения, что ему придется, при столь шикарной женщине ртом расстегивать ширинку, снимать штаны, трусы, и таким образом добираться до члена, а потом его еще и сосать с завязанными руками. Он с ненавистью в глазах посмотрел на Антона Викторовича и застыл в нерешительности. Он думал, а может ну его, может не стоит все это, может взять и уйти, и продолжать свою никчемную жизнь, и пошли они все нахер. Но когда он представил, что снова окажется на улице ему стало дурно. Он, сцепив зубы, нехотя и с отвращением потянулся лицом к ширинке:

— Давай солнышко, — Антон Викторович погладил его по голове, — открой замок, и в приз получишь конфетку.

Жене очень хотелось подорваться и засадить этому гандону ногой в рожу, но он все-таки сдержался. Женя с помощью языка направил бегунок в рот, и зажав его между зубами, потянул в низ. Потом на коленях обошел Антона Викторовича сзади потянул зубами его штаны вниз. Особенно противно было снимать с того трусы. Тот только что приехал, и душ еще не принимал. Женя взял в рот трусы и начал их стягивать вниз. Он их стягивал то спереди, то сбоку, то сзади, каждый раз ощущая привкус его соленого тела. Когда трусы были приспущены, он увидел висящий, но довольно большой член. Еще один факт, который разозлил Женю еще больше. Он этого человека почти не знал, но уже его ненавидел. Ирина Сергеевна подошла к своему мужу и поцеловала того. Он схватил ее одной рукой за жопу, от чего она аж взвизгнула, а другой сильно сжал ее грудь и направил ее себе в рот и начал жадно ее сосать. Ирина Сергеевна с неподдельным интересом наблюдала за каждым Жениным движением. Ей всегда хотелось увидеть, как это делает мужчина. Женя придвинул свою голову ближе к члену и ему в нос ударил мужской аромат. Он не мог поверить, что это на самом деле с ним происходит. Он через силу, жмурясь от отвращения, высунул язык и лизнул головку, ощутив при этом солоноватый вкус. Потом взял головку в рот и начал ее посасывать:

— Вот молодец. — Ирина Сергеевна потрепала его по щеке. — Смотри, а то тебе так понравиться, что потом за уши не оттащишь. Я это дело тоже люблю, так что только конкурентом мне не становись.

Они с мужем прыснули от смеха:

— Да было бы забавно, если бы вы еще ссорились, кто мне сегодня сосать будет. Девочки не волнуйтесь, на всех хватит, обещаю.

Женя даже побагровел от злости. Мало того, что он и так унижается, поскольку сосет, так нет, им этого мало, обязательно нужно поиздеваться над ним. Постепенно член начал увеличиваться в размерах. Женя был в шоке, насколько он был большой, больше двадцати сантиметров в длину и как минимум пять в толщину. Женя сосал слишком неумело и медленно, а Антон Викторович был уже настолько возбужден, что больше ждать не мог. Он схватил Женю за уши и начал с силой ебать его в рот. Жене стало плохо, у него включался рвотный рефлекс, он задыхался, его рот наполнился слюной. Ирина Сергеевна смотрела Жене прямо в глаза, а тот смотрел в ее. Она сладко улыбалась, эта картина была столь возбуждающей. Ирина Сергеевна одной рукой ласкала яйца мужа, а второй его ягодицы. Антон. Викторович драл его рот размашисто, со знанием дела. Иногда он погружал член, чуть ли не на всю длину, загоняя его в глотку бедному Жене. Ему было очень обидно и неприятно, но он терпел. Через несколько минут Антон Викторович одной рукой схватил Женю за волосы и со всей силы натянул ее на член, загоняя его до основания. Женя было подумал, что клок волос так и останется у него в руке, так ему было больно. А второй рукой он очень сильно сжал булочку жены, заставляя ту визжать, и начал обильно кончать, наполняя Женин желудок большими струями горячей спермы. Впервые в жизни Женя ощутил на вкус мужскую сперму. Он был унижен. Он смотрел на Ирину Сергеевну с двадцатисантиметровым членом у себя во рту и с таким же членом у себя в попке. Ему стало так обидно и стыдно, что он не выдержав, заплакал. Антон Викторович еще немного подвигал своим членом у него во рту и, вынув его, обтер о Женины щеки:

— Хорошая соска, одобряю. Малышка, можешь начинать волноваться, мы тебе нашли достойную конкурентку.

Они снова засмеялись, а Женя зарыдал еще сильнее. Муж отпустил попку жены, на которой остался красный след, и та, потирая ее, и улыбаясь, опустилась на колени возле Жени. Она обняла его и нежно поцеловала его в губы:

— Не плачь мой малыш, ты молодец. Сейчас я тебе покажу пару приемчиков.

С этими словами она взяла член мужа в руку и подняла его вверх. Сначала она начала целовать яички, а потом и лизать. Она провела языком от яиц и дальше выше по члену к головке. Остановилась возле уздечки и начала ласкать ее языком, выписывая на ней замысловатые буквы своим тоненьким язычком. Его член, с большими венами, стремительно увеличивался в размерах. Вскоре он уже стоял как солдат в постройке смирно. Она взяла головку в рот и начала сладко ее посасывать. Комнату наполнили плюхкающие и чавкающие звуки. Одной рукой она скользила по его стволу, а второй мяла его большие яйца. Женя смотрел на этот огромный член, который сосала, самая прекрасная, как он считал, в мире женщина и у него текли слюни. Он был очень сильно возбужден. Его член стоял колом, но поскольку его руки были скованы наручниками за спиной он не мог себе дрочить. Но это зрелище было столь завораживающе, что Женя непроизвольно придвинул свою голову к голове Ирины Сергеевны и наблюдал, как ствол ее мужа скользит по ее полным красным губам. Он аж приоткрыл рот и облизал свои губы. Ирина Сергеевна заметила это и, выпустив член изо рта, не переставая его дрочить направила Жене в рот. Тот уже не питал отвращения, как это было в первый раз, а начал с жадностью, сладко его сосать, как будто это была самая вкусная из всех конфет конфетка. Ирина Сергеевна положила одну руку мужу на задницу и начала мять его булочки, а второй гладила Женины волосы, приговаривая:

— Молодец Женечка, папа останется тобой довольный. Молодец солнышко, как же ты сладенько его сосешь. Я же говорила, что тебе понравиться.

Потом она открыла рот и начала покрывать длинный ствол своего мужа жаркими, нежными поцелуями. Она открыла рот, и впившись в него губами, высунула, максимально, как только могла язык. Обхватила им член своего мужа, взяв того в воображаемое колечко из губ и языка и начала двигать своей головой то в одну то в другую сторону. Доходила до основания члена и обратно к Жениным губам, которые занимались головкой. Антон Викторович гладя их головы, довольно кряхтел. Его член уже давным-давно не был столь твердым. Он откинул голову назад и, закрыв глаза, ловил каждый момент. Но тут, он словил себя на мысли, что ему жутко хочется кого-то отодрать. Он отстранил их головы:
— Все мои хорошие, хватит. Папка хочет пошевелить бедрами. Женька становись на кровать раком.

— Вы что, вы же мне обещали, что этого не будет. Я не хочу, умоляю вас.

— Молчать! Не смей мне перечить. — Он залепил Жене сильную пощечину. — Быстро исполняй, что я тебе велю.

Антон Викторович разгорячился не на шутку. Ирина Сергеевна прекрасно знала, что когда он находится в таком состоянии, ему перечить нельзя. Он взял Женю за ухо и сильно, его выкручивая поволок его к кровати. Женя думал, что сейчас его ухо оторвется:

— Ай, больно, пожалуйста, не надо, отпустите меня.

Антон Викторович поднял его за ухо на ноги, и подняв его руки вверх, нагнул его так, что его голова оказалась на кровати. Он вынул из его попки фаллос и направил в нее свой член.

— Не надо, пожалуйста, я умоляю вас. Мамочка скажи ему, я не хочу.

Ирина Сергеевна подошла к нему и начала гладить его по голове:

— Женька, слушайся своего папку. Не бойся, он тебе не сделает больно. Ничего страшного не произойдет. Будь послушным мальчиком.

— Нет, нет, нет, я не хочуууу.

Но Женю уже никто не слушал. Антон Викторович направил свой член в его анус и крепко схватив Женю за бедра, начал долбить его попку. Ему уже не было так больно, как в первый раз со страпоном, но, тем не менее, боль присутствовала. В его мокрых от слез глазах, читалась большая обида. Но он ничего с этим не мог поделать. Его насиловали, а он и не сопротивлялся. Он только просил не делать этого с ним, но никаких решительных мер не предпринимал. Толи ему мешало внутренне глубокое желание, наконец-то пожить в семье, то ли он боялся никогда больше не увидеть Ирину Сергеевну, к которой успел привязаться и питал к ней нежные чувства. Фактом оставалось то, что он не предпринял попытку вырваться и убежать. Он уже даже не просил их оставить его в покое, а только постанывал в такт движениям его названного папули и смотрел на Ирину Сергеевну умоляющими глазами. Та подошла к нему и погладила его по голове:

— Вот видишь, не так уж и плохо. Я же говорю, что тебе даже понравиться, я тебе обещаю. Ты хороший мальчик. Твоя мамочка тебя любит. Сделай ей приятно.

С этими словами она легла на кровать, широко раскинув ноги и подогнув их в коленях. На Женю уставилась сочная, сладкая пизденка. Жене не нужно было повторять дважды. Он открыл рот и начал вылизывать Ирину Сергеевну, которая ощущала своей киской ритм, с которым ее муж драл Женю. Они все были так возбуждены, что это не могло продолжаться вечно. Ирина Сергеевна схватила Женю за его, уже успевшие настрадаться уши, и, вдавливая чем сильнее его голову себе в киску, начала сладко кончать. Потом ее муж, которому также понравилось мучить его ушки, взял его обеими руками за них и потянул к себе, заставляя того выгнуть спину. Женя очень громко стонал и от боли в попке и в ушах, которые горели огнем. Ирина Сергеевна увидев стоячий Женин член, немедленно впилась в того своими жадными, горячими губами и проглотив его начала неистово сосать. При этом одной рукой она перебирала Женины яички, а другую держала на заднице мужа, которая двигалась очень быстро, вгоняя его член в Женину попку. Увидев чем занимается его жена Антон Викторович приказал Жене стать коленями на край кровати, а сам не вынимая из того члена, остался стоять на полу. Ирина Сергеевна дальше продолжала сосать Женин член. Потом ее муж обнял одной рукой Женю за живот, заставив того выпрямится и прижал его сильно к своему телу. Жене было очень неудобно и больно стоять в такой позе, ведь член создавал внутри большое давление. Теперь, когда Антон Викторович двигал своим тазом, одновременно двигался и таз Жени, они были, как бы прилеплены друг к другу. Другой рукой он взял свою жену за волосы, и зафиксировав ее в неподвижном положении начал двигать своими бедрами, загоняя Женин член в рот своей жене. Его это очень заводило. Женя был, как бы насажен на его огромный член, который только немножко двигался в его попке. Можно сказать, что Женей двигал здоровенный хуй Антона Викторовича. Вскоре Женя начал, громко охая, выливать в рот своей благодетельницы горячие струи спермы. Потом Антон Викторович снова нагнул Женю и начал очень быстро и грубо его трахать. Одно рукой он с силой сжал его бедро, а второй схватил того за его хозяйство, которое легко поместилось в его могучую руку и с силой начал мять и член и яички. Женя выл от боли. Вскоре Антон Викторович начал изливать ему в попку свое горячее семя, которое лилось как из крана. Через некоторое время они трое, крепко уставши, заснули. Муж с женой и между ними, новый их член, любящей семьи, Женя.

avatar
Прикрепить фото / картинку
 
 
 
Прикрепить видео / аудио