Совершеннолетие.

Устало упав в мягкое кресло, Игнатий тупо провел взором по овальной комнате. Она была белая с ярко-голубым проемом окна и такого же цвета дверьми. Резко гармонировала с малинового цвета креслом.

— Не нравится? — мягко и даже ласково спросил девичий голос, откуда-то из глубины его обители. — К твоему приходу я комнату немного обновила.

— Устал. Сегодня в университете многое было. Поздравляли!..

— Расскажи, — опять оповестил о своем присутствии голос.

— Зачем? Ведь ты все знаешь… А нет, — так зайди в базу данных.

— Это не интересно… — протяжно, с некоторой игривостью ответил голос.

Игнатий пожал плечами и протянул руку к отполированному стеклу стола.

— Курить хочешь? — снова раздался вопрос откуда-то сверху.

— Интересно, Арина! Зачем ты всегда спрашиваешь? Когда знаешь все мои желания наперед!

— Не дуйся… Завтра мы с тобой расстанемся, и у тебя будет другая. Ею ты сможешь управлять, как захочешь! Или ты забыл, что завтра тебе будет восемнадцать? Совершеннолетие.

— Нет, не забыл… Ну, будет! И что? Грустно как-то…

— Закури…— девичий голос переместился за стену, и Игнатию показалось, что в нем тоже мелькнула грусть.

— Ты где?..

— На кухне. Покурив, ты захочешь кушать. Уже все готово.

— Но, я еще не покурил!

— Сейчас…

Из-за спины Игнатия, словно птица, вспорхнула белая рука с изящной продолговатой кистью, — длань с розовыми коготками. Между длинными пальчиками была зажата прикуренная сигарета. Вторая рука, — не менее красивая, водрузила на столик пепельницу из слезного минерала. Игнатия овеял аромат духов и огладил прохладный шелк халатика.

— Арина!.. Так и будешь за спиной порхать?

— Я еще не причесана, — ответила она, щекоча его ухо губами.

— Шутишь?

— Вовсе нет! Сегодня наш последний день. Желая по-особенному его отметить, программдезайнер еще не придумал мой облик полностью. Только руки… Они тебе нравятся?

— Они что там, все с ума сошли?! Я хочу провести последние два часа до полуночи с тобой, Арина! А не только с твоими руками!

— Не нравятся?! — огорченно шепнула она в другое ухо.

— Нравится, — смирив гнев, пробурчал он.

Вложив в рот Игнатия сигарету, в благодарность, рука дернула верхнюю липучку рубахи и нежно заползла за планку.

— Не по вкусу мне эта рубашка! Давай сменим?

— Что снять?

— Зачем? Как тебе эта?

На Игнатии появилась другая рубашка, вместо пластика на липучках — льняная на деревянных пуговичках с косым отворотом, красный поясок с кисточками обвил его торс.

— Словно из доисторического фильма об Иванушке — оценивая новый наряд, проговорил он.

— Ага!.. Дурочке!!! — девичий голос за спиной залился смехом, вынырнув из косоворотки, рука игриво коснулась пальчиком носа, задирая его выше. — Ужинать изволите? Или так и будите сосать дым в трубочке?

— Лучше бы ты с меня ее сняла!

— А не нравиться! Нет?.. Так иди, сам и сними…

— А если здесь?

— Можешь и здесь! Только, я этого все равно не увижу.

— Почему?

— Программа такая! Ни в ванне, ни в туалете моего «всевидящего ока» нет.

— Да, но стоит зубной пасте закончиться, как она снова появляется!

— Это Гэри. Гигиенический электронный робот исполнитель. Его задача следить за твоим интимом. А я лишь домохозяйка. Вот сними рубашку — отключусь.

— Я и в рубашке тебя не вижу.

— А сейчас?

Из-за кресла вышла девушка. Локоны ее рыжих волос струились завиточками к халату сиреневого цвета, прикрывающему грудь и босые стройные ноги. Кокетливо нагнувшись, она устремила свои карие глаза прямо во взор Игнатия.

— Лицом к лицу — лица не увидать! — от восхищения проронил Игнатий, раскопав в голове фразу древнего поэта.

— Нетушки! Ходить, дефилировать пред тобой я не собираюсь… Вот! — Арина надула губки и фыркнула, но мягко, кокетливо.

— Датушки! А то, я пожалуюсь модераторам!

— Ну и жалуйся!.. Подумаешь… все равно полтора часа осталось…

— Уже полтора?

— Угу! — Арина сморщила носик и неожиданно выказала язык. — Полтора…

Игнатий помрачнел.

— Есть я не хочу. Соку принеси.

— Хитренький! Я пойду, а ты смотреть будешь?

Резко прильнув к нему и уткнувшись на секунду грудью ему в лицо, она отпрянула со стаканом апельсинового сока в руках.

— Оп-ля!

— А я хочу гранатовый! — в свою очередь, показав Арине язык, загримасничал Игнатий.

— Так и будем последний час друг другу языки показывать? — грустно сказала Арина в ответ и поставила стакан на столик. Иди, руки помой! Мне тебя покормить надо. Новая хозяйка только утром вступит в права над тобой. Часа три ты один будешь.

Игнатий тяжело поднялся с кресла и направился в ванну.

— Только, пожалуйста, помой руки после, а не до! — поправляя подушки на кресле мановением порхающих рук, послала вдогонку Арина.

— После чего? — ошарашено остановился Игнатий.

— Сам знаешь. Мне в ванну доступа нет.

— Доступа нет… а говоришь!

— Вижу — напрягся. Ничего все естественно…

В руках Арины появилась пластиковая книжка с изображением обнаженной блондинки в экстравагантной позе. Краснея, она сунула ее Игнатию.

— На… вот… так быстрее и приятнее. У нас всего час остался.

— Инструкции нарушаешь?

— А… все равно недолго… Ну, иди… мой руки…

— Закрыв воду, Игнатий обсушил ладони обдувом и прошел из ванны на кухню. Присев к столу, он потер еще влажные пальцы о льняную рубаху, ловя лукавый взгляд Арины.

— Сама же в Иванушку обрядила! — проговорил он, пряча руки на коленях.

— Дурочка…

Арина поставила перед ним роскошное блюдо — молочный поросенок украшенный зеленью и дольками лимона, и села напротив. Подперев щеку ладонью, она вздохнула.

— Это все мне? — пытаясь как-то развеять возникшую паузу, воскликнул Игнатий.

— А кому же… Я не ем. Но, если хочешь, могу составить тебе компанию…

— Угощайся…— Игнатий выдвинул блюдо на середину круглого стола.

— Ой, ты мил дружок, Иванушка дурачок!.. — улыбнулась, Арина чмокнула воздух губами и взяла немного зелени.

— Какая она?

— Кто?

— Новая хозяйка. Та, что после тебя будет?

— Параметры задашь сам. А программа – без ограничений. В ванне прятаться не придется.

— Никаких, никаких?

— Ты же совершеннолетний теперь. Осталось полчаса.

— Знаешь, в эти последние минуты хочу тебе признаться.

— В чем?

— Мы с тобой уже два года!

— Тебе исполнилось шестнадцать — ты получил отдельную квартиру и меня. Теперь тебе восемнадцать… будет.

— Я привык к тебе, Арина…

— Прятаться!.. Когда хочется? — оборвала она, почему-то съязвив, уводя взор.

— Хочу тебя запомнить. Сними халат! — осмелел Игнатий от ее колкости. — Ведь под ним у тебя ничего нет?

— Ничего… Совсем ничего…

— Как так? — округлил глаза он.

— Программой не заложено. Дождись новую хозяйку. Вот у нее все будет.

— Нет! Я должен увидеть!

— Хорошо… до вызова осталось пять минут… потерпи еще четыре.

— Я не успею рассмотреть…

— Успеешь…

Три минуты прошли в молчании, обложенный зеленью и лимонами молочный поросенок сиротливо скучал меж ними.

— Осталась минута! — не выдержал Игнатий.

Взъерошив рыжие волосы, Арина встала, прошлась около него и стала медленно распускать халатик.

— Смотри и не забывай меня!

Игнатий замер. От давно знакомой ему Арины сегодня шел пьянящий запах возбуждения. Распуская пояс халатика, ее рука слегка подрагивала, губы набухли, щеки алели маковым цветом. От движений в танце постепенно стала обнажаться девичья грудь, высвобождаясь из плена халатика томным выдохом, животик и…

Словно вой сирены, раздался вызов общего компьютера. Игнатий невольно обернулся на электронный рык и в его руки упал еще пахнущий Ариной халат, но самой ее уже не было…

****

— Елена, как там Арина?

— Боюсь, ей стало плохо. Не перебарщиваем ли мы, Антошка, с новой программой?

— Ты же знаешь, Елена, обстоятельства таковы. Рождаемость на критическом уровне. А современные дети разучились меж собой общаться. С машиной им легче наладить контакт. Ты послала запрос обоим.

— Да. Только вот Арина без чувств. Когда Игнатий исчез, бедная девушка не выдержала напряжения.

— Подключи Гэриэту. Гигиенического робота исполнителя. Она поможет.

— Подключила. Арина очнулась.

— Давай еще раз вызов.

— Даю… Она побежала к пульту!!!..

— Ну, будем надеяться, — все у них срастется…

— Держим за них кулачки!..

— Держим… На управлении.

****

Из глаз Игнатия выступила слеза, в комнате еще витал запах духов Арины, но сама она растворилась. Растворилась безвозвратно.

Подойдя к пульту связи с центром, он безразлично глянул на огромный в пол стены монитор.

Крупными буквами на нем светилась и настойчиво мигала надпись.

Сегодня 5 августа 2071 года. Вы стали совершеннолетним. Теперь Вы можете выбрать себе виртуальную подругу без всяких ограничений. Если Вы желаете сохранить отношения с Ариной, но уже на новом уровне, то в графе «Замена» нажмите «Отмена». А если желаете задать новые параметры виртуальной подруги, нажмите «Заменить».

Напоминаем: на размышление у Вас осталось пять минут».

Игнатий, ошалело, прочитал еще раз. Душа возликовала: Арина вернется! Не зная придела наполнившей его радости, он нажал «Отмена»…

Монитор брызнул радугой и высветилась:

Поздравляем. Вы стали совершеннолетним и приняли для себя важное решение. Арина вернется к Вам утром, когда вы проснетесь.

Спокойной ночи.

****

— Как там Арина?

— Жмет кнопку «Отмена» и откуда только столько силы? Не сломала бы пульт.

— Пустяки. Как уснет, роботы заменят.

— А когда Арина с Игнатием встретятся в реале?

— Думаю, через полгодика, Елена. Пусть пока привыкнут друг к другу уже как муж и жена. Теперь, ванну и спальню Арины для Игнатия можно включать.

— У Игнатия я уже подключила. Ой, Антошка!.. Хорошая у нас работа! Когда получается…

— А когда нет?

— Тоже хорошая.

— Кто у нас на попечении в следующем временном поясе?

— Саня с Настей.

— Тут дело немного сложнее. Какие у Насти наклонности?

— Литературу древнюю любит.

— Так. Отключаю Историю. Сказания, былины, сказки. Ввожу тему «Литературоведенье».

— Включай…

****

Подобрав ноги под халат, девушка устроилась на диван и задумалась.

— Настя, чего губы надула? Весь вечер молчишь!

— Я не молчу. Мне грустно… Через час ты исчезнешь, Саша…

— Как мимолетное введенье, как Гений чистой красоты…

— Перестань! И совсем не смешно…

Прокомментировать запись

avatar